А мы продолжаем вести анализ бюджета, который запланирован на 2025 год. Ранее мы провели анализ доходов, сейчас провели анализ расходов.

А мы продолжаем вести анализ бюджета, который запланирован на 2025 год. Ранее мы провели анализ доходов, сейчас провели анализ расходов.

Давайте посмотрим, что получилось…

1. Необоснованный рост расходов при отсутствии стратегических приоритетов.
Общее увеличение расходов на 14 млн рублей (0,8%) подается как «незначительное», однако в условиях стагнации такой рост может привести к дефициту. При этом распределение средств выглядит хаотичным:
- Резкое сокращение общегосударственных расходов на 1,8% (2,9 млн рублей) без пояснений, какие именно направления урезаны.

- Увеличение национальной экономики на 7,2% (7,5 млн рублей) и ЖКХ на 3,1% (6,7 млн рублей) не подкреплено конкретными программами или ожидаемыми результатами, что повышает риск нецелевого использования средств.

2. Социальная сфера финансируется по остаточному принципу
- Образование, занимающее 51,8% расходов, получило лишь 0,2% прироста (1,6 млн рублей). С учетом инфляции и роста потребностей (ремонт школ, зарплаты педагогов) это фактически означает сокращение реального финансирования.
- Культура и социальная политика увеличены символически (на 0,1% и 0,6%), что демонстрирует пренебрежение к качеству жизни населения.
- Охрана окружающей среды и национальная безопасность остались без изменений, хотя экологические проблемы и безопасность требуют усиления инвестиций.

3. Усиление бюрократического аппарата за счет населения
Основные получатели дополнительных средств — Администрация (+6,6 млн) и КУМИ (+6,8 млн), чьи расходы выросли на 1,6%. Это указывает на приоритет финансирования управленческих структур над социальными нуждами. При этом доля отдела образования в расходах сократилась (с 52,1% до 51,8%), что подтверждает дисбаланс в пользу бюрократии.

4. Риски роста долговой нагрузки

Вывод: Проект бюджета носит декларативный характер, где рост расходов не связан с улучшением качества жизни граждан. Увеличение финансирования управленческих структур при символической поддержке социальной сферы, отсутствие четких программ и риски долговой нагрузки ставят под сомнение эффективность предлагаемых мер. Требуется пересмотр приоритетов в пользу прозрачности, социальных нужд и конкретных результатов.